сховати меню

Взгляд иммунолога на проблему иммунокоррекции в гинекологии

сторінки: 18-23

Г.Н. Дранник,  д.мед.н., профессор, директор Украинского центра клинической иммунологии, заведующий лабораторией иммунологии Института урологии НАМН Украины, профессор кафедры клинической иммунологии и аллергологии с курсом медицинской генетики НМУ имени А.А. Богомольца, почетный президент Украинского общества специалистов по иммунологии, аллергологии и иммунореабилитации. И.П. Кайдашев, д.мед.н., профессор, президент Украинского общества специалистов по иммунологии, аллергологии и иммунореабилитации, заведующий кафедрой внутренних болезней с уходом за больными стоматологического факультета Украинской медицинской стоматологической академии. И.Я. Господарский, д.мед.н., профессор, заведующий кафедрой клинической иммунологии, аллергологии и общего ухода за больными Тернопольского государственного медицинского университета имени И.Я. Горбачевского. О.А. Гизингер, д.биол.н., профессор кафедры микробиологии, вирусологии, иммунологии и клинической лабораторной диагностики, старший научный сотрудник НИИ иммунологии Южно-Уральского ГМУ МЗ РФ (г. Челябинск).

Инфекции, передающиеся половым путем (ИППП), являются одной из основных проблем системы здравоохранения во всем мире. По данным экспертов ВОЗ, ежедневно порядка 1 млн человек заражаются этими заболеваниями. На сегодняшний день доказано, что ИППП играют главенствующую роль в развитии хронических воспалительных заболеваний органов малого таза у женщин. Обсуждению этих вопросов была посвящена научно-практическая конференция «Иммунологические аспекты проблемы заболеваний урогенитального тракта» (Киев).

В патогенезе воспалительных процессов гениталий немаловажным является участие иммунной системы. Она неизбежно вовлекается в ответ на присутствие патогена, а при хронических рецидивирующих воспалительных заболеваниях возникает состояние вторичного иммунодефицита.

Изменение иммунологического статуса при таких состояниях характеризуется:

  • подавлением фагоцитарной активности лейкоцитов, при этом фагоцитоз протекает по типу незавершенной реакции;
  • ослаблением фагоцитирующей способности лейкоцитов (процент фагоцитирующих нейтрофилов от общего пула и количество микробных клеток, которые может фагоцитировать 1 моноцит);
  • уменьшением количества и снижением активности естественных киллеров (Natural killer, NK-клеток, Т-киллеров);
  • уменьшением числа Т-хелперов (Th) и увеличением количества Т-супрессоров, в результате чего показатель их соотношения (иммунорегуляторный индекс) тоже становится низким;
  • снижением уровня всех фракций иммуноглобулинов (IgA, IgG, IgM) и цитокинов.

Изучение особенностей основных механизмов противовирусного иммунитета при вторичных иммунодефицитах показало наличие нарушения индуцированной продукции интерферонов α и β более чем в 90% случаев. Снижение уровня продукции γ-интерферона как основного регулятора функций NK-клеток обусловливает иммунную недостаточность этих клеток. В основе функциональных сдвигов со стороны иммунной системы лежит нарушение продукции цитокинов лимфоцитами и другими клетками, участвующими в иммунном ответе.

На основании вышеизложенного следует вывод о том, что в решении проблемы патогенетически обоснованных методов диагностики и лечения ИППП актуальными являются ис­следования особенностей иммунных нарушений при этой патологии и выбор оптимальной иммунокорригирующей терапии. При выборе лечения необходимо учитывать, что в результате иммунных нарушений снижается эффективность этиотропной терапии. В схемы современного комбинированного лечения хронических воспалительных заболеваний органов малого таза целесообразно включать иммуномодулирующие препараты – лекар­ственные средства, обладающие иммунотропной активностью, которые в терапев­тических дозах восстанавливают функции иммунной системы (Химич Т.Ю. и соавт., 2015).

В прозвучавших на конференции докладах были рассмотрены проблемы взаимодействия различных патогенов с иммунной системой, а также изложены основные принципы иммунокоррекции.

 

Д.мед.н., профессор, директор Украинского центра клинической иммунологии, заведующий лабораторией иммунологии Института урологии НАМН Украины, профессор кафедры клинической иммунологии и аллергологии с курсом медицинской генетики НМУ имени А. А. Богомольца, почетный президент Украинского общества специалистов по иммунологии, аллергологии и иммунореабилитации. Г. Н. Дранник в своем докладе «Особенности иммунного ответа при вирусе простого герпеса I и II типов» представил современные данные об эпидемиологии, патогенезе, клинических проявлениях и принципах лечения инфекции, вызванной этим вирусом.

Герпетическая инфекция представляет собой классический пример латентной инфекции. Механизмы латентности вируса простого герпеса (ВПГ) обусловлены наличием в организме процессов как врожденного, так и приобретенного (специфического) иммунитета. В развитии врожденного иммунитета огромная роль отводится дендритным клеткам, которые в инфицированных ганглиях постоянно продуцируют цитокины (α-, β-, γ-интерфероны, фактор некроза опухоли альфа, интерлейкин [ИЛ]-6). Кроме того, дендритные клетки продуцируют ИЛ-12, ИЛ-15, ИЛ-18, обеспечивая участие NК-клеток в подавлении ВПГ. NК-клетки за счет γ-интерферона и гранзимов лизируют инфицированные клетки-мишени.

Факторами специфического иммунитета являются ИЛ-12 и провоспалительные цитокины, которые определяют развитие Т-клеточного ответа по Th-1 типу, что способствует созреванию и поддержанию CD8+ цитотоксических Т-лимфоцитов (ЦТЛ). Специфические CD8+ ЦТЛ мигрируют в сенсорные ганглии и остаются там длительное время в тесном контакте с инфицированными нейронами, блокируя выход вируса из латентного состояния.

Основные механизмы, позволяющие ВПГ избегать иммунного надзора:

  • снижение экспрессии вирусных генов в период латентной фазы, что не дает возможности клеткам иммунной системы распознать наличие вируса в инфицированных клетках;
  • развитие так называемой вирусной резистентности, которая объясняется тем, что под влиянием ВПГ индуцируются про- и анти­апоптотические эффекты, направленные против клеток иммунной системы хозяина;
  • «вирусная контратака», которая приводит к подавлению созревания дендритных клеток хозяина под влиянием герпетической инфекции, в частности подавление продукции ИЛ-12 и α-интерферона.

Тактика ведения пациентов с герпетической инфекцией определяется на основании вышеизложенных патогенетических аспектов и включает иммуномодулирующую (индукторы интерферона), иммуностимулирующую (герпетическая вакцина) терапию, пролонгированную этиотропную химиотерапию (синтетические нуклеозиды) и иммунозаместительную терапию (интерферонсодержащие препараты).

Препараты интерферона рассматриваются как иммуномодуляторы, влияющие на процесс дифференцировки, рекрутирования, а также на функциональную активность клеток иммунной системы и прежде всего дендритных клеток, моноцитов/макрофагов и Т-лимфоцитов. В результате действия интерферона повышается эффективность иммунного распознавания антигенов и усиливается фагоцитарная и цитолитическая функции, направленные на элиминацию возбудителя или антигенноизмененных клеток.

Образование эндогенного интерферона является более физиологичным процессом, чем постоянное введение высоких доз его препаратов, которые к тому же быстро выводятся из организма. Индукторы интерферона, в отличие от экзогенных препаратов рекомбинантных форм, не приводят к образованию в организме пациента антител, и не сами большей частью не оказывают. Кроме того, они вызывают пролонгированную продукцию эндогенного интерферона в организме в физиологических дозах, достаточных для достижения терапевтического и профилактического эффектов. Они обладают не только антивирусным, но и иммуномодулирующим эффектом, что позволяет отнести их к новому поколению препаратов универсально широкого спектра действия. Выработка трех типов интерферонов крайне важна, поскольку они имеют разные точки приложения: α- и β-интерфероны улучшают защитные свойства эпителиальных клеток, а γ-интерферон – функции иммуноцитов.

Индукторы интерферона разделяют на две группы – синтетические и природные соединения. К синтетическим соединениям относятся низкомолекулярные ароматические углеводороды и полимеры (двуспиральная РНК); к природным – низкомолекулярные (полифенолы), высокомолекулярные производные полифенолов и полимеры (сшитые двуспиральные РНК).

Лавомакс (тилорон) – синтетическое низкомолекулярное соединение ароматического ряда, обладающее противовирусными свойствами и способностью индуцировать интерферон при пероральном введении.

Противовирусное действие тилорона обеспечивается прямым подавлением трансляции вирусспецифических белков в инфицированной клетке, вследствие чего угнетается репродукция вирусов. Лавомакс оказывает стимулирующее действие на первичный и вторичный гуморальный ответ. Иммуномодулирующая активность тилорона наиболее выражена при иммуносупрессивных состояниях различного генеза, вызванных введением иммунодепрессантов и канцерогенов, стрессами, облучением, оперативным вмешательством, чрезмерными физическими нагрузками и т.п.

Для эффективного лечения хронической герпетической инфекции рекомендована следующая схема: Лавомакс по 125 мг 1 раз в день в первые 2 дня, затем по 125 мг с интервалом 48 ч (всего 50 дней) + ацикловир Стада по 400 мг 3 раза в день в течение 6 мес.

 

И. П. Кайдашев, д.мед.н., профессор, президент Украинского общества специалистов по иммунологии, аллергологии и иммунореабилитации, заведующий кафедрой внутренних болезней с уходом за больными стоматологического факультета Украинской медицинской стоматологической академии представил доклад «Особенности иммунного ответа на вирус папилломы человека».

Взаимодействие вируса папилломы человека (ВПЧ) с иммунной системой хозяина уникально в силу следующих факторов:

  • циркулирующие иммунные клетки не могут взаимодействовать с вирусом, так как отсутствует фаза виремии;
  • первичное инфицирование происходит в участке базальной мембраны, в котором только клетки Лангерганса присутствуют в значительном количестве;
  • ВПЧ не вызывает значительных повре­ждений клеток, минимизируя воспаление и последующую сигнализацию, что позволяет вирусу «молчать»;
  • активная экспрессия генов вируса, онкогенов находится на низком уровне;
  • высокоиммуногенные протеины L1 и L2 синтезируются только в поверхностном слое эпителия.

Учитывая тропность ВПЧ к многослойному плоскому эпителию, можно предположить, что решающее значение в хронизации инфекции имеет система местной защиты слизистой репродуктивных органов. Протекция плоского эпителия осуществляется незрелыми дендритными клетками – клетками Лангерганса, которые захватывают и процессируют антиген, представляя его Т- и В-лимфоцитам. В зоне трансформации число и функции клеток Лангерганса снижены.

Реакции системы врожденного иммунитета против ВПЧ опосредуются в основном через Toll-like рецепторы (TLR). Двуспиральная ДНК ВПЧ распознается преимущественно TLR9, и инициируется продукция α-, β- и γ- интерферонов. Активация TLR и синтез интерферонов приводят к нарушению экспрессии вирусных генов, снижению карциногенного потенциала. Туморогенные гены Е6 и Е7 ВПЧ 16-го типа отвечают за снижение экспрессии TLR9 клетками, что позволяет вирусной ДНК «ускользать» от факторов врожденного иммунитета. В диспластическом эпителии наблюдается повышение экспрессии TLR3, который обычно распознает РНК-содержащие вирусы. В малигнизированных эпителиальных клетках нарушается продукция γ-интерферона и ИЛ-10.

Макрофаги привлекаются в очаг заражения моноцитарным хемотактическим белком 1 (МСР-1) и макрофагальным воспалительным белком (МІРа3). Под действием ВПЧ продукция этих хемокинов снижается. Макрофаги могут инфильтрировать опухоль, агрегировать вокруг опухоли, распознавая клетки как чужеродные. Тумор-ассоциированные макрофаги усиливают пролиферацию опухолевых клеток, их миграцию, ангиогенез и ограничивают иммунный ответ. В клетках рака шейки матки, вызванного ВПЧ 16-го типа, отмечается существенное снижение NK-активирующих рецепторов NKр30 и NKр45, что уменьшает их цитолиз.

Механизмы врожденного иммунитета не всегда могут сдержать развитие инфекции. В таких случаях запускается адаптивная иммунная реакция, развивающаяся только в ответ на контакт с конкретным антигеном.

Инициаторами приобретенного иммунитета являются Th. При папилломавирусной инфекции отмечается нарушение баланса Тh1/Тh2. ВПЧ как внутриклеточный патоген должен индуцировать Тh1 ответ, однако у пациентов наблюдается активация продукции Тh2 цитокинов, что приводит к супрессии клеточного ответа и прогрессии поражений.

Такой фактор адаптивного иммунитета, как ЦТЛ, экспрессирующие CD8, распознают антиген в контексте главного комплекса гистосовместимости (МНС) 1-го класса, что обеспечивает основную роль в элиминации ВПЧ. У лиц с ВПЧ снижено число ЦТЛ в эпителиальных тканях. Кроме того, вирус обладает устойчивостью к данному типу лимфоцитов.

Субпопуляция регуляторных Т-клеток (CD4, CD25, Foxp3) в норме индуцирует состояние толерантности, а в условиях онкогенеза снижает иммунную защиту, секретируя ингибиторные цитокины. Активация регуляторных Т-лимфоцитов является плохим прогностическим фактором, поскольку при этом снижается пролиферация Тh и Т-цитотоксических клеток.

Гуморальный иммунитет стимулируется антигенпрезентирующими клетками и набором Тh2 цитокинов, зависит от CD4 Т-клеток, которые индуцируют продукцию антител В-клетками (МНС 2-го класса). Антитела при ВПЧ направлены преимущественно на L1 капсидный белок, небольшое их количество вырабатывается к Е2, Е6, Е7 и L2. Большая часть антител относится к субклассу IgG1. Через 8-9 мес после первичного инфицирования у некоторых больных определяются нейтрализующие антитела (сероконверсия), но их уровни низки.

 

Заведующий кафедрой клинической иммунологии, аллергологии и общего ухода за больными Тернопольского государственного медицинского университета имени И. Я. Горбачевского, д.мед.н., профессор И. Я. Господарский выступил с докладом «Современные подходы к иммунокоррекции при инфекциях TORCH-комплекса».

Актуальность указанной темы определяется убиквитарностью (повсеместностью) TORCH-инфекций, их ролью в развитии хронических рецидивирующих воспалительных процессов с полиорганным поражением, ассоциацией реактивации возбудителей с иммунодефицитными состояниями.

Иммунодефицит характеризуется повышенной частотой неосложненных инфекционных заболеваний, вызванных обычными патогенами; частым развитием осложнений острых воспалительных заболеваний ЛОР-органов и дыхательных путей; рецидивами острого бронхита ≥ 4 раз в год; частыми обострениями хронических воспалительных заболеваний органов дыхания и мочеполового тракта (≥ 2 раз в течение года). Клиническими признаками недостаточности иммунитета являются:

  • атипичное течение инфекционных заболеваний с резистентностью к стандартным схемам этиотропной и патогенетической терапии, необходимостью в назначении антибиотиков резерва и внутривенных инфузий противоинфекционных средств;
  • развитие инфекций, вызванных слабовирулентными и атипичными возбудителями;
  • частые рецидивы лабиального и/или генитального герпеса (≥ 4 раз в год);
  • активизация вялых (латентных) инфекционных заболеваний с системными проявленими;
  • развитие остеомиелита, менингита, сепсиса, перитонита ≥ 2 раз в течение жизни;
  • микст-инфекции, смена инфекта во время заболевания;
  • системные микозы;
  • развитие гнойных/гнойничковых процессов кожи и/или внутренних органов.

При лечении инфекций у лиц с иммунодефицитными состояниями врачи, не являющиеся специалистами в области иммунологии, могут назначать фитоиммуностимуляторы, препараты микробного происхождения (лизаты, микросомальные фракции и др.), специфические иммуноглобулины. Обоснованным в таких ситуациях является применение индукторов интерферона.

К индукторам эндогенного интерферона нового поколения относятся акриданоны (стимулируют синтез ранних форм интерферона) и Лавомакс (индукция позднего интерферона).

Влияние Лавомакса (тилорона) на иммунитет:

  • ингибирует синтез провоспалительных цитокинов;
  • восстанавливает количество и активность Т-лимфоцитов;
  • активизирует функцию NK-клеток;
  • нормализует баланс Тh в пользу субпопуляции 1-го типа.

Стимуляция образования поздних интерферонов – это процесс длительного (до 6-8 дней) нарастания продукции противовирусных белков даже при одноразовом приеме.

И. Я. Господарский представил результаты собственного исследования сравнительной эффективности Лавомакса и циклоферона в лечении цитомегаловирусной инфекции. В испытание были включены лица (n = 37) с интерфероновым типом иммунодефицита. Из общего количества участников 15 получали циклоферон, 22 – Лавомакс (по 1 табл. в 1-й и 2-й день, а затем по 1 табл. через день; всего 20 табл. на курс лечения). С учетом репликации цитомегаловируса (обнаружение IgM и ДНК вируса) пациентам обеих групп назначали противовирусные средства прямого действия.

Согласно полученным результатам, у больных, получавших Лавомакс, определялся более высокий уровень α-интерферона с 10-го дня терапии, а также уровни цитокинов Th1 и Th2. Кроме того, после лечения Лавомаксом отмечена более низкая концентрация в крови маркеров репликации вируса.

Таким образом, авторы пришли к выводу, что Лавомакс обладает не только иммунотропным, но и прямым противовирусным действием. Его назначение приемлемо как для лечения обострений, так и для профилактики реактивации вирусов семейства Herpes.

 

Профессор кафедры микробиологии, вирусологии, иммунологии и клинической лабораторной диагностики, старший научный сотрудник НИИ иммунологии Южно-Уральского ГМУ МЗ РФ (г. Челя­бинск), д.биол.н. О. А. Гизингер выступила с докладом «Рациональная иммуномодулирующая терапия в лечении ВПЧ и оппортунистических инфекций у женщин репродуктивного возраста. Взгляд иммунолога на проблему».

В течение последних десятилетий получены доказательства того, что возникновению рака шейки матки предшествует наличие ВПЧ-инфекции. Показатели частоты возникновения онкологической патологии в зависимости от возраста имеют тенденцию к повышению в возрастной группе от 20 до 40 лет с последующим плато или незначительным повышением.

Основным фактором, обусловливающим такую тенденцию, является дисбаланс иммунологических показателей секретов репродуктивного тракта. Он проявляется в истощении резервных возможностей иммунокомпетентных клеток, дисфункции интерферонового статуса, дисбалансе в системе про- и противовоспалительных цитокинов. Длительная персистенция ВПЧ высокого онкогенного риска приводит к запуску многостадийного процесса трансформации, развитию дисплазии и рака шейки матки.

У 50-60% женщин с папилломавирусной инфекцией при обследовании высеваются Ureaplasma urealyticum, Gardnerella vaginalis, грибы рода Candida. При воспалительных заболеваниях урогенитального тракта инфицированность Mycoplasma hominis варьирует от 10 до 50%. Выделение микоплазм из канала шейки матки вне беременности не превышает 13,3%, при кольпитах 23,8%, при эктопиях шейки матки 37,9%, при привычном невынашивании беременности 24,4%. При эндометритах M. hominis в качестве единственного инфекционного агента обнаруживается в 7% случаев, вместе с U. urealyticum и хламидиями – у 44% пациенток.

При хронических инфекциях задача терапии состоит в активации иммунных факторов.

В настоящее время в клинической практике используются три основные группы иммуномодуляторов: экзогенные, эндогенные и химически чистые (синтетические). В группу экзогенных включены препараты микробного или растительного происхождения, нуклеиновые кислоты и др. К эндогенным препаратам относятся цитокины (интерфероны, ИЛ, индукторы интерферонов) и иммунорегуляторные пептиды. К последним принадлежат препараты тимического и костномозгового происхождения.

Одними из основных иммуномодуляторов, используемых в терапии заболеваний урогенитального тракта, являются индукторы интерферонов. Преимущества этих лекарственных средств заключаются в обеспечении физиологичного для организма синтеза всех типов интерферонов (α-, β-, γ-); в хорошем взаимодействии с другими препаратами, используемыми для лечения воспалительных заболеваний (эффект синергизма); в отсутствии антигенной активности. Однократное введение индуктора приводит к длительной продукции собственного интерферона в терапевтической дозе, что исключает возможность передозировки экзогенными препаратами интерферона. Кроме того, индукторы обладают способностью «включать» синтез интерферонов в клетках желудочно-кишечного тракта, глии, нейронах головного мозга.

Установление особенностей показателей местного и системного иммунитета у женщин с воспалительными заболеваниями, ассоциированными с ВПЧ и грибами рода Candida, обосновало воз­можность применения индукторов интерферонов (Лавомакс) для устранения иммунных дисфункций. С учетом изученности и безопасности этого препарата он включен в перечень жизненно важных лекарственных средств.

Режим назначения Лавомакса при терапии вульвовагинального кандидоза, уреамикоплазмоза на фоне папилломавирусной инфекции таков: 0,125 г в течение 2 дней, затем по 0,125 г с интервалом 48 ч (на курс 1,25-2,5 г).

Кроме иммуномодулирующего эффекта, Лавомакс проявляет прямую противовирусную активность в отношении широкого спектра вирусов. Механизм антивирусного действия Лавомакса заключается в связывании с ДНК и РНК вирусов, подавлении процессов синтеза вирусных нукле­иновых кислот, что приводит к ингибированию процессов репликации.

После лечения с применением иммуномодулятора в организме женщины происходит ряд клинико-иммунологических изменений: разрешение симптомов воспаления, изменение характера влагалищного отделяемого, уменьшение количества лейкоцитов в цервикальном канале, а также повышение уровней γ- интерферона, ИЛ-1α, ИЛ-1β, фактора некроза опухоли альфа.

Обзор подготовила Виктория Лисица

Наш журнал
у соцмережах:

Випуски за 2017 Рік

Зміст випуску 7-8 (112-113), 2017

  1. Ю.В. Давыдова, Р.А. Ткаченко, А.Ю. Лиманская

  2. С.О. Дубров, Ю.В. Давидова

  3. В.И. Черний

  4. А. Злотник

  5. О.В. Голяновський

  6. І.Б. Вовк, О.О. Зелінський

  7. Ю.В. Тезиков, И.С. Липатов, Н.А. Фролова, О.А. Кутузова, А.В. Приходько

  8. И.А. Зайцев

  9. А.С. Исаева, В.И. Волков

  10. В.А. Савоськина

Зміст випуску 6 (111), 2017

  1. Т.В. Герасимова

  2. О.Г. Горбатюк, А.С. Шатковська, А.П. Григоренко, А.М. Біньковська, В.Ю. Онишко

  3. Н.В. Зароченцева, Е.А. Кашина, Н.С. Меньшикова, И.Д. Рижинашвили

  4. Р.О. Ткаченко, В.В. Петриченко

  5. З.М. Дубоссарская, Ю.А. Дубоссарская

  6. І.Б. Вовк, О.О. Зелінський

  7. В.І. Горовий, О.М. Капшук, О.І. Яцина, Л.Ю. Трифонюк, Р.К. Балацький, О.В. Горовий

Зміст випуску 5 (110), 2017

  1. И.А. Жабченко

  2. М.В. Майоров, С.И. Жученко, О.Л. Черняк

  3. В.І. Горовий, О.І. Яцина, Л.Ю. Трифонюк, Р.К. Балацький

  4. И.В. Кузнецова, Е.В. Ших

  5. Г.Н. Дранник, И.П. Кайдашев, И.Я. Господарский, О.А. Гизингер

  6. Р.А. Ткаченко

  7. С.Р. Мравян, И.О. Шугинин

Зміст випуску 4 (109), 2017

  1. А.А. Ковалев

  2. О.А. Ефименко

  3. О.В. Качалина, Л.Д. Андосова, Д.Д. Елисеева, С.В. Засыпкина, Г.А. Микаилова

  4. П.Н. Веропотвелян, Н.П. Веропотвелян

Зміст випуску 3 (108), 2017

  1. А.П. Григоренко, А.С. Шатковська, О.Г. Горбатюк, А.М. Біньковська, В.Ю. Онишко, Д.А. Аврамишин

  2. Р.А. Ткаченко

  3. В.И. Медведь

  4. П.Н. Веропотвелян

Зміст випуску 2 (107), 2017

  1. І.А. Жабченко, В.Ф. Олешко

  2. Р.О. Ткаченко

  3. П.Н. Веропотвелян, И.С. Цехмистренко, Н.П. Веропотвелян, А.А. Бондаренко, В.Н. Костинец

  4. В.К. Кондратюк, Н.Є. Горбань, Н.Д. Коблош

  5. М.В. Майоров, С.И. Жученко, Е.А. Жуперкова, О.Л. Черняк

  6. І.М. Рудик, А.С. Шатковська, О.І. Полунченко, С.В. Полунченко

  7. О.В. Ромащенко, В.М. Григоренко, В.В. Білоголовська, M.О. Koсюхно, С.М. Мельников

  8. М.О. Арефьева, В.В. Лисица

  9. Т.В. Смирнова, М.Г. Лебедева, Х.Ю. Симоновская, Н.Л. Артикова

Зміст випуску 1 (106), 2017

  1. Г.Ф. Рощина

  2. П.Н. Веропотвелян, И.С. Цехмистренко, Н.П. Веропотвелян, И.В. Гужевская, Л.А. Жабицкая

  3. В.Е. Радзинский, И.М. Ордиянц, О.С. Побединская, Е.В. Зыков

  4. Ю.А. Дубоссарская, З.М. Дубоссарская

  5. М.Д. Тронько, Ю.Г. Антипкін, В.В. Камінський, Т.Ф. Татарчук та ін.

Зміст випуску 1 (105), 2017

  1. І.Б. Вовк, А.Г. Корнацька, О.В. Трохимович

  2. Е.Н. Носенко, Г.Дж.А. Карп (H.J.A. Carp), Д.Г. Коньков

  3. П.Н. Веропотвелян, В.В. Радченко, И.В. Гужевская, И.С. Цехмистренко, Л.А. Жабицкая, С.П. Яручик, П.С. Горук

  4. В.И. Медведь

  5. В.В. Камінський, М.Н. Шалько, О.І. Гервазюк

  6. В.Н. Шишкова

Зміст випуску 1, 2017

  1. Олександр Йоскович, Р.О. Ткаченко, Даніель Шаталін

  2. В.И. Медведь

  3. Р.А. Ткаченко

  4. М.В. Майоров, Е.А. Жуперкова, С.И. Жученко, О.Л. Черняк

  5. В.И. Кисина

  6. І.М. Рудик, А.С. Шатковська, О.І. Полунченко, С.В. Полунченко

  7. І.Б. Вовк, О.О. Зелінський

  8. О.В. Рыкова

Випуски поточного року

Зміст випуску 2 (131), 2020

  1. О. В. Дженина, В. Ю. Богачев, А. Л. Боданская

  2. В.І. Пирогова

  3. М.В. Медведєв

  4. М. В. Майоров, С. В. Ворощук, Е. А. Жуперкова, С. И. Жученко, О. Л. Черняк

  5. І. В. Лахно, А. Е. Ткачов

  6. Ю. В. Лавренюк, П. Л. Шупика, М. В. Лоншакова

  7. С. П. Пасєчніков, П. О. Самчук

  8. R. Eastell, C. J. Rosen, D. M. Black, A. M. Cheung, M. H. Murad, D. Shoback