скрыть меню
Темы: Гинекология Разделы: Обзор

Гиперпластические процессы эндометрия. Возможности коррекции натуропатическими препаратами

страницы: 48-55

Н.А. Цубанова, д.фармацевт.н., профессор; А.В. Барская; Т.Д. Губченко, к.фармацевт.н., доцент, Национальный фармацевтический университет, г. Харьков

УДК 618.14.018.02

* Здоровье женщины, 2017, № 4 (120).

В статье приведены современные аспекты этиопатогенетических факторов гиперпластических процессов эндометрия. Проанализированы современные данные по классификации, диагностике и терапии гиперплазии эндометрия. Теоретически обоснована возможность применения в терапии гиперпластических процессов эндометрия современных натуропатических препаратов Нормоменс на основе экстрактов Vitex agnus castus, Zingiber officinale, Trigonella foenum graecum, Pyrus malus и Нормоцикл, содержащего экстракты Symplocos racemosa, Asparagus racemosus, Glycyrrhiza glabra, Curcuma longa.

Ключевые слова: гиперпластические процессы эндометрия, Нормоменс, Нормоцикл.

На сегодня гиперпластические процессы эндометрия (ГПЭ) по распространенности относятся к одной из лидирующих форм пролиферативных заболеваний эндометрия. ГПЭ представляют собой морфофункциональное патологическое состояние слизистой оболочки матки, характеризующееся диффузным или очаговым разрастанием (пролиферацией) железистых и/или стромальных структур с преимущественным поражением железистого компонента в функциональном (поверхностном) или базальном слое эндометрия [21].

Для практической гинекологии ГПЭ остается многогранной и сложной проблемой, связанной с отсутствием специфической, ярко выраженной симптоматики, что затрудняет своевременную диагностику и, соответственно, назначение адекватной терапии. При этом следует отметить склонность ГПЭ к хронизации, прогредиентному и рецидивирующему течению. Частота патологии, по данным исследователей разных стран, колеблется в значительных пределах – от 6 до 50% и зависит преимущественно от возраста женщины. Так, например, железистую гиперплазию эндометрия диагностируют у 6-17% женщин в возрасте до 35 лет, а в возрастной группе 35-55 лет ее выявляют уже у 50% пациенток [4].

В последние годы отмечается неуклонный рост числа ГПЭ, что может быть связано с увеличением среднего возраста жизни женщин, проблемами экологического характера, увеличением числа сопутствующих хронических заболеваний, которые в свою очередь в той или иной степени связаны с гормональной системой или оказывают на нее влияние. При этом установлена прямая корреляционная связь между увеличением случаев ГПЭ и ростом числа заболеваний раком тела матки, который занимает 4-е место среди всех злокачественных опухолей у женщин и 1-е место – среди злокачественных новообразований половых органов [7].

Схематически основные этиологические факторы риска возникновения ГПЭ представлены на схеме 1. Как видно, любой из приведенных факторов способен в той или иной степени индуцировать развитие гормонального дисбаланса в организме женщины, что и является причиной нарушения дифференцировки и роста клеток эндометрия и соответственно приводит к их избыточной пролиферации.

Установлено, что в период полового созревания к развитию ГПЭ приводят преимущественно циклы ановуляции, которые тесно связаны с дисфункцией гипоталамо-гипофизарной системы. Последнее состояние сопровождается сохраняющимися длительное время нестабильной частотой и амплитудой выбросов гонадотропин-рилизинг гормона (ГнРГ). Это в свою очередь провоцирует неполноценную секрецию гипофизом фолликулостимулирующего гормона (ФСГ). При этом возникает атрезия фол­ликулов во многих менструальных циклах на фоне относительного избытка эстрогенов и гипопрогестеронемии, что и обусловливает неполноценное разрастание железистого эпителия эндометрия при отставании в росте стромального компонента.

Схема 1. Основные факторы риска возникновения ГПЭ

У пациенток в репродуктивный период гиперэстрогенемия, приводящая к развитию ГПЭ, обычно развивается как следствие гипоталамических нарушений, частых стрессов, изнуряющих диет, хронических соматических заболеваний, которые и приводят к нарушениям в системе гипо­таламус-гипофиз-яичники. Результатом этого может быть снижение активности лютеинизирующего гормона (ЛГ) и соответственно отсутствие овуляции. Также частым этиологическим фактором у данной возрастной когорты пациенток может быть диагностированный синдром поликистоза яичников.

В периоды пременопаузы и менопаузы возникновение ГПЭ связано непосредственно со снижением функционирования гипоталамо-гипофизарной системы, в результате чего изменяются интенсивность и частота выброса ГнРГ и ФСГ. Низкий уровень эстрогена в середине менструального цикла связан со значительным снижением активности ЛГ, истощением фолликулярного аппарата и ановуляцией. Исследования последних лет свидетельствуют о наличии связи между метаболическими нарушениями и развитием ГПЭ. Повышенная концентрация инсулина при снижении чувствительности к нему тканей, воздействуя на соответствующие рецепторы яичников и факторы роста, стимулирует множественные фолликулы, вызывая развитие поликистоза, избыточную продукцию в кистах андрогенов, транс­формирующихся в эстрогены, избыток которых запускает ГПЭ.

Интересным представляется рассмотренные соотношения кодов различных вариантов ГПЭ в МКБ-9 и МКБ-10 (табл. 1).

Таблица 1. Соотношение кодов различных вариантов ГПЭ в МКБ-9 и в МКБ-10

МКБ-9

МКБ-10

Код

Название

Код

Название

68.12

Гистероскопия

N85.0

Железистая гиперплазия эндометрия

68.16

Гистероскопия с биопсией (закрытая биопсия матки)

N85.1

Аденоматозная гиперплазия эндометрия

69.52

Выскабливание матки

   

68.19

Другие диагностические манипуляции на матке и поддерживающих ее структурах

   

68.39

Другие и неопределенные абдоминальные гистерэктомии

   

68.51

Лапароскопическая вагинальная гистерэктомия

   

68.61

Лапароскопические абдоминальные гистерэктомии

   

 

В некоторых протоколах к ГПЭ относят также «Полип тела матки» (МКБ-10, код N84.0) [1].

Ведущее место в патогенезе ГПЭ занимает гормональный дисбаланс, который проявляется в первую очередь эндогенной гиперэстрогенией, возникающей на фоне отсутствия или недостаточного антиэстрогенного влияния прогестерона.

Значительный вклад в повышение уровня эстрогенов и генез пролиферативных процессов эндометрия вносят сопутствующие нейрогуморальные расстройства и нарушения обмена веществ, возникающие в результате сопутствующих экстрагенитальных нарушений.

Эндокринообменные нарушения, такие как метаболический синдром, сахарный диабет, ожирение, связанные с нарушением жирового и углеводного обменов, характеризуются хронической гиперэстрогенией.

Прогноз терапии ГПЭ ухудшается при наличии заболеваний гепатобилиарной системы, что усугубляет развитие хронической гиперэстрогении вследствие замедленной утилизации эстрогенов в печени. При этом у 30-35% пациенток с ГПЭ диагностируют хронические холециститы, гепатиты, дискинезию желчевыводящих путей [23].

Некоторые исследователи связывают развитие пролиферативных процессов эндометрия с дисфункцией коры надпочечников. В постменопаузальный период повышается активность коры надпочечников; синтезируемые надпочечниковые андрогены способны оказывать влияние на гормоночувствительные ткани как в результате прямого контакта со стероидными рецепторами эндометрия, так и путем периферической конверсии в эстрон, с развитием хронической гиперэстрогении [3].

Схема 2. Основные патогенетические звенья ГПЭ

Особую роль в патогенезе ГПЭ занимает дисфункция иммунной системы. Развитие возрастных иммунодефицитных состояний характеризуется снижением общей резистентности организма в результате действия различных ксенобиотиков, в т.ч. и инфекционных агентов. Это способствует формированию хронического воспалительного процесса, который ведет к возникновению диффузной гиперплазии эпителия, а затем и к появлению очаговых пролифератов. Функциональное состояние Т- и В-систем иммунитета у пациенток с ГПЭ проявляется значительным повышением активности Т-клеток и уменьшением количества В-клеток. Следует отметить, что степень выраженности пролиферации железистого эпителия тесно связана с показателями клеточного и гуморального иммунитета: чем более выражена дисфункция иммунной системы, тем более сильно проявляется ГПЭ.

Помимо этого, одним из звеньев патогенеза ГПЭ является нарушение баланса в системе перекисного окисления липидов-антиоксидантной системе (ПОЛ-АОС) с неконтролируемой активацией процессов ПОЛ, развитием оксидативного стресса, который не только усиливает процессы клеточной пролиферации эндометрия, но и приводит к нарушению регуляции клеточной гибели, а именно к дисфункции апоптотических процессов.

Таким образом, патогенез ГПЭ – это сложное взаимодействие общих системных нарушений (нейроэндокринных, метаболических, иммунных), локальных изменений (рецепторного и генетического аппарата эндометриальных клеток), а также дисбаланс ряда биологически активных соединений – факторов роста и апоптоза, цитокинов, проста­гландинов и метаболитов арахидоновой кислоты (в схематическом виде представлен на схеме 2).

Фармакотерапия, прописанная в современных протоколах ведения пациенток с ГПЭ, к сожалению, не охватывает все звенья патогенеза, а направлена преимущественно на ликвидацию дисбаланса эстрогена и прогестерона [21]. Так, медикаментозая терапия первой линии на амбулаторном уровне включает:

  • внутриматочные системы с левоноргестрелом (ВМС-ЛНГ) (уровень доказательности А) – более высокие показатели регрессии заболевания с более благоприятным профилем кровотечения и оно связано с меньшим количеством побочных эффектов; длительность – не меньше 6 мес ВМС-ЛНГ, 52 мг;
  • непрерывное применение пероральных прогестагенов (уровень доказательности В), длительность не меньше 6 мес. Препараты: дидрогестерон, таблетки, 10-20 мг/сут; микронизированный прогестерон, драже, 200 мг/сут; норэтистерон, таблетки, 10-15 мг/сут; ДМПА 150 мг внутримышечно 1 раз в 90 дней.

Перечень дополнительных лекарственных средств:

  • антифибринолитическая терапия с целью уменьшения кровопотери (тренакса 3-4 мг в сутки);
  • препараты железа – при анемии, не меньше 3 мес.

В соответствии с последним клиническим протоколом по ведению пациенток с ГПЭ без атипии (Великобритания, 2016) [21] применение ВМС-ЛНГ имеет более высокий коэффициент регрессии заболевания и более благоприятный профиль с меньшим количеством побочных эффектов, чем применение пероральных прогестагенов.

Что касается сравнительного анализа эффективности пероральных прогестагенов, приведенного в одном рандомизированном контролируемом исследовании, то их использовали в течение 3 мес для лечения гиперплазии эндометрия без атипии. В конце исследования установлена следующая эффективность прогестагенов: для медроксипрогестерона (10 мг/день) – 60% (18/30); для линестренола (15 мг/день) – 44% (11/25); для норэтистерона (15 мг/день) – 59% (16/27) [12], т.е. эффективность гормональной терапии не превысила 60%.

Метаанализ 11 неконтролируемых исследований с клиническим наблюдением также подтвердил клиническую эффективность пероральных прогестагенов на уровне 50-64%. При этом все исследователи отмечают возможность рецидива, персистирования или прогрессирования заболевания, даже у тех пациенток, которые первоначально попали в группу с хорошим клиническим ответом на пер­оральные прогестагены [8, 16, 20, 24].

Следует отметить, что при наличии обширной доказательной базы по применению ВМС-ЛНГ она тоже не полностью отвечает предъявляемым требованиям к терапии. Так, в исследовании W. D. Baker и соавт. (2017) [22] проведен анализ клинического ответа у пациенток, которым была установлена ВМС-ЛНГ. Полный ответ был зарегистрирован у 18 (50%) из 36 женщин, отсутствие ответа у 8 (22%) пациенток, частичный ответ у 3 (8%) женщин и прогрессирование заболевания у 7 (19%) пациенток. У 4 (22%) из 18 пациенток с полным ответом позже был зафиксирован рецидив гиперплазии или рака. Таким образом, даже при первичной 50% эффективности частота рецидивов составила 22%.

Резюмируя изложенное выше, можно сделать выводы, что применяемая в настоящее время гормонотерапия, рекомендованная в мировых клинических протоколах по ведению пациенток с ГПЭ, не является золотым стандартом. Более того, ни один гормональный препарат не обеспечивает стойкого клинического эффекта и не дает гарантии предотвращения рецидива или пред­отвращения развития онкопатологии.

Одним из альтернативных методов оптимизации фармакотерапии может быть введение в схему лечения натуропатических композиций, оказывающих полимодальное фармакологическое действие, которое направлено на основные звенья патогенеза ГПЭ.

Перспективным в данном аспекте может быть применение натуропатических препаратов Нормоменс и Нормоцикл производства Organosyn.

Основными действующими компонентами Нормоменса являются экстракты витекса обычного (Vitex agnus castus) – 100 мг; имбиря садового (Zingiber officinale) – 25 мг; пажитника сенного (Trigonella foetum graecum) – 50 мг; яблони лесной (Malus sylvestre) – 7,5 мг.

Особый интерес с точки зрения терапии ГПЭ представляют экстракты витекса священного и пажитника сенного, способные нормализовать гормональный дисбаланс.

Vitex agnus castus (прутняк, монаший перец, Авраамово дерево) принадлежит к семейству вербеновых (Verbenaceae). Еще врачи Древней Греции использовали Agnus castus для лечения заболеваний матки. Листья и плоды этого лекарственного растения издавна применяли при лечении заболеваний матки и воспалениях женских половых органов. В последнее время по фармакологической эффективности экстракта витекса священного наработана полномасштабная база доклинических и клинических исследований. Этот экстракт является одним из самых исследованных и апробированных на сегодня. Следует отметить, что в одной капсуле Нормоменса содержится 100 мг экстракта витекса – доза, которая изучена в большинстве фармакологических исследований, в то время как другие препараты, содержащие экстракт витекса, содержат более низкие дозы (циклодинон – 4 мг; префемин – 20 мг и т.д.).

Установлено, что экстракт витекса священного воздействует на допаминовые D2-рецепторы гипоталамуса, снижая секрецию пролактина. Ритмичная выработка и нормализация соотношения гонадотропных гормонов при нормальных уровнях пролактина упорядочивают вторую фазу менструального цикла. Ликвидируется дисбаланс между эстрадиолом и прогестероном. Основной фармакологический эффект экстракта витекса – это его способность нормализовать нарушенный гормональный баланс в вертикали гипофиз-гипоталамус-яичники, что особенно важно в терапии ГПЭ [2].

Интересным фармакологическим объектом является экстракт семян пажитника сенного (Trigonella foetum graecum). Семена пажитника (бобы) содержат стероидные сапонины, стеролы, флавоноиды (диосгенин, тигогенин, ямогенин, фитостерин), являющиеся природными фитогормонами, а также богаты калием, фосфором, магнием, железом, кальцием, витаминами (С, В1, В2, РР, фолиевая кислота). На протяжении веков в этномедицине стран Востока экстракт семян пажитника сенного используют как средство при заболеваниях репродуктивной сферы у женщин. Ряд фармакологических исследований подтверждает его эффективность [17]. Антидиабетическая активность экстракта пажитника сенного установлена на фоне стрептозотоцинового и аллоксанового диабета. Экстракт пажитника сенного снижает уровень глюкозы в крови, нормализует морфологическое состояние ацинусов и цитозоля в островках Лангерганса в поджелудочной железе [11].

Доказана антирадикальная активность пажитника в условиях оксидантного стресса, также следует отметить его способность восстанавливать ферментативное и неферментативное звено эндогенной антиоксидантной системы [19].

Химические компоненты (фитопрогестероны и сапонины) пажитника обладают противораковой активностью. Сапонины селективно ингибируют деление опухолевых клеток, а также могут активировать апоптотические программы, которые могут привести к запрограммированной клеточной гибели. Как сам экстракт пажитника, так и выделенный из него диосгенин способны ингибировать образование аберрантных очагов крипт (ACF), которые можно расценивать как предраковое образование. Экспериментально подтверждено, что диосгенин ингибирует пролиферацию клеток наряду с индукцией апоптоза, подавляет экспрессию белка проапоптотической BCL-2 и приводит к увеличению экспрессии антиапоптотического белка каспазы-3. Диосгенин показал высокую противоопухолевую активность при раке грудной железы [13].

Экстракт пажитника на фоне выраженной воспалительной реакции достоверно ингибирует фактор некроза опухоли (TNF-α) и провоспалительные цитокины IL-1 и IL-6 [17].

Особо важным в терапии гормональнозависимых заболеваний репродуктивной сферы у женщин является тот факт, что диосгенин пажитника сенного – предшественник прогестерона и способен купировать прогестерондефицитные состояния, что актуально в терапии прогестерондефицитных состояний, таких, как ГПЭ, фибрознокистозная мастопатия, эндометриоз и т.д.

Натуропатический препарат Нормоцикл содержит экстракты симплокоса кистевидного (Symplocos racemosa) 125 мг; спаржи кистевидной (Asparagus racemosus) 100 мг; солодки голой (Glycyrrhiza glabra) 50 мг; куркумы длинной (Curcuma longa) 7,5 мг.

Представляет интерес более детально остановиться на двух компонентах – экстракте симплокоса кистевидного и экстракте спаржи кистевидной.

Symplocos racemosa – традиционный компонент в аюрведических и травяных препаратах Индии для лечения заболеваний женских репродуктивных органов. Большинство современных фитофармакологических сообщений подтверждают нормализующее влияние симплокоса на гипоталамо-ги­пофизарно-яичниковую систему женщины, а также его антибластомное, антиоксидантное, антиандрогенное, противовоспалительное и антидиабетическое действие. Фитохимические исследования экстракта Symplocos racemosa показали присутствие большого количества фенольных гликозидов, таких как симплокозид, тритерпеноиды (бетулиновая, ацетилолеановая, олеаноловая кислоты), и флавоноидов, подобных кверцетину, которые и отвечают за реализацию его фармакологических свойств [6]. В исследовании М. Jung и соавт. (2014) [15] установлено, что новый выделенный изофлавоновый гликозид песи-добатигенин-7-0[β-d-апиофуранозил, а именно – симпра­цемозид, скорее всего, и отвечает за основное фармакологическое действие экстракта симплокоса кистевидного – нормализацию гормональной активности гипотала­мо-гипофизарной системы, что в свою очередь восстанавливает яичниковый цикл гормонов эстрогена и прогестерона.

Интересные данные приведены в работе A. M. Durkar и соавт. (2014) [14]. Были изучены профили гиполипидемической и антиоксидантной активности этанольных экстрактов Symplocos racemosa в условиях экспериментальной гиперлипид­емии. Установлено, что пероральное введение экстрактов симплокоса в дозах 200 и 400 мг/кг способствовало восстановлению уровня липопротеинов высокой плотности (ЛПВП) и значительно улучшало антиатерогенный индекс. Также из­учаемые экстракты предотвращали повышенное образование малонового диальдегида (MDA) в печени и масштабно восстанавливали истощенные ферментативные и неферментативные антиоксидантые системы печени, а именно увеличивали активность глутатиона, супероксиддисмутазы, каталазы до уровня физиологической нормы. Введение экстрактов Symplocos racemosa в условиях выраженной гиперлипидемии снижало патологически повышенный уровень холестерина в печени, нормализовало активность CoA-редуктазы и уменьшало избыточную массу тела, характерную для метаболического синдрома. Наряду с выраженным антиоксидантным и гиполипидемическим действием экстракты симплокоса улучшали гистоархитектуру гепатоцитов. Авторы отмечают, что фармакологическая активность экстрактов симплокоса превышает эффективность препарата по сравнению с симвастатином (10 мг/кг) и реализуется за счет флавоноидов, фенольных гликозидов и стероидов.

Не менее интересным фармакологическим профилем обладает еще один компонент натуропатического препарата Нормоцикл – экстракт спаржи кистевидной.

Выделенные из Asparagus racemosus сапониновые гликозиды шатаварин-I и шатаварин-IV обладают антиоксидантным действием и способны снижать активность процессов ПОЛ [18].

В исследовании N. Tiwari и соавт. (2017) [9] богатые сапонином фракции из спаржи кистевидной испытывали на иммуноадъювантную способность у мышей, иммунизированных овальбумином. Для оценки гуморального ответа определяли количественно титры антител в течение 56 дней эксперимента. По уровню провоспалительных цитокинов (IL-6 и TNF) оценивали на клеточный иммунный ответ в стимулированных макрофагах. Оценку без­опасности с точки зрения цитотоксичности и аллергической реакции учитывали в тестах in vitro и in vivo. Установлено, что экстракт спаржи значительно ингибирует провоспалительные цитокины в стимулированных макрофагах, не вызывая при этом цитотоксичности. Значительное увеличение продукции IgG дает возможность рекомендовать экстракты спаржи для получения длительного гуморального ответа. Кроме того, антигенспецифический ответ IL-12 на ранней стадии и титры IgE при введении спаржи также свидетельствуют о формировании клеточного иммунного ответа и низкой аллергической реакции соответственно по сравнению с обычными адъювантами. Флуктуации IL-6 и TNF в стимулированных и нестимулированных макрофагах вместе с IgG и IL-12 также подтвердили Th1/Th2-модулирующий эффект экстрактов спаржи кистевидной. Таким образом, применение экстракта спаржи кистевидной в качестве адъюванта позволяет добиться стимуляции клеточного иммунного ответа в дополнение к генерированию устойчивой адаптивной реакции без каких-либо неблагоприятных эффектов (цитотоксичность, аллергические реакции).

Противовоспалительная активность экстрактов спаржи кистевидной, оцененная с точки зрения процента ингибирования TNF-α, составляла 52% в концентрации 1 мкг/мл, что является выраженным противовоспалительным эффектом, характерным для эталонных противовоспалительных препаратов [10].

В обзоре R. Singh (2016) [25] приведено, что сапонины и флавоноиды, выделенные из спаржи кистевидной и идентифицированные, обладают рядом фармакологических эффектов, направленных на нормализацию функций женской репродуктивной системы. Биологически активные соединения Asparagus racemosus восстанавливают соотношение ФСГ и ЛГ, позитивно влияют на процессы фолликулогенеза и овуляции; нормализуют метаболизм эстрогенов, ускоряя превращение эстрадиола в малоактивный эстрон; оказывают выраженное прогестагенное действие, стимулируя синтез прогестерона в яичниках.

Анализируя доказанную фармакологическую активность основных компонентов натуропатических препаратов Нормоменс и Нормоцикл, можно рассматривать их как перспективные средства в терапии ГПЭ, так как разнонаправленные виды их активности воздействуют на основные патогенетические звенья (табл. 2).

Таблица 2. Патогенетические аспекты ГПЭ и основные фармакологические эффекты натуропатических препаратов Нормоменс и Нормоцикл

Звено патогенеза ГПЭ

Компонент

Препарат

Нарушение вертикали гипофиз – гипоталамус – яичники

Экстракт витекса священного

Нормоменс

Экстракт симплокоса кистевидного

Нормоцикл

Гормональный дисбаланс женских половых гормонов (гиперэстрогения, гипопрогестеронемия)

Экстракт пажитника сенного – восстановление уровня прогестерона. Повышение прогестерон-опосредованного контроля

Нормоменс

Экстракт спаржи кистевидной – снижение уровня эстрадиола за счет стимуляции превращения эстрадиола в малоактивный эстрон + активация синтеза прогестерона

Нормоцикл

Оксидативный стресс

Экстракт пажитника сенного – снижение процессов ПОЛ, активация АОС

Нормоменс

Экстракт яблони лесной – акнтиоксидантное действие

Нормоменс

Экстракт симплокоса кистевидного – повышение активности глутатиона, каталазы, супероксиддисмутазы до уровня физиологической нормы

Нормоцикл

Экстракт спаржи кистевидной – антирадикальная активность, антиоксидантная активность

Нормоцикл

Нарушения углеводного и липидного обмена

Экстракт имбиря садового – нормализация метаболизма углеводов и жиров

Нормоменс

Экстракт куркумы длинной – нормализация метаболизма углеводов и жиров

Нормоцикл

Экстракт симплокоса кистевидного – гиполипидемическая активность

Нормоцикл

Иммуномодуляторная активность

Экстракт пажитника сенного – снижение уровня TNF+α, IL+1 и IL+6

Нормоменс

Экстракт спаржи кистевидной – стимуляция клеточного иммунного ответа в дополнение к генерированию устойчивой адаптивной реакции без развития неблагоприятных эффектов (цитотоксичность, аллергические реакции);

снижение уровня TNF-α, IL-1 и IL-6

Нормоцикл

 

Таким образом, натуропатические препараты Нормоменс и Нормоцикл, могут рассматриваться как эффективный вариант альтернативной схемы терапии ГПЭ. В клинических наблюдениях профессора В. А. Потапова (2014) [15] по применению этих препаратов в терапии ГПЭ использовались две приведенные ниже схемы:

І схема. Применение препарата Нормоцикл – 1-2 капсулы в день в первую фазу менструального цикла. Применение препарата Нормоменс – 1-2 капсулы в день во вторую фазу менструального цикла.

ІІ схема. Применение препарата Нормоцикл – 1-2 капсулы ежедневно на протяжении всего менструального цикла. Применение препарата Нормоменс – 1-2 капсулы в день во вторую фазу менструального цикла.

Продолжительность терапии составляет от 3 до 6 мес в зависимости от клинической симптоматики.

Выводы

Гиперпластические процессы эндометрия занимают значительное место среди неинфекционных патологий органов малого таза.

Гормональные препараты (в первую очередь системы с левоноргестрелом и пероральные прогестагены), рекомендованные в клинических протоколах по ведению пациенток с гиперпластическими процессами эндометрия, не всегда позволяют добиться ожидаемого эффекта и характеризуются развитием нежелательных реакций.

Альтернативным методом терапии можно рассматривать применение натуропатических препаратов Нормоменс и Нормоцикл, которые обладают полимодальным фармакологическим действием и хорошей переносимостью.

Список использованной литературы

1. Гинекология: национальное руководство/ под. ред. В. И. Кулакова, И. Б. Манухина, Г. М. Савельевой. – М. ГЭОТАР-Медиа, 2007. – С. 761-783.

2. Значение прутняка обыкновенного в гинекологической эндокринологии // Здоров’я України. – 2012. – № 9. – С. 3-4.

3. Киселев В. И., Сидорова И. С., Унанян А. Л., Муйжнек Е. Л. Гиперпластические процессы органов женской репродуктивной системы. – М.: МЕДПРАКТИКА-М, 2010. – С. 467.

4. Кузнецова И. В. Возможности терапии гиперпластических процессов эндометрия / Кузнецова И. В. // Трудный пациент. – 2010. – № 1. – С. 12-16.

5. Потапов В. А. Нормоменс – оптимальная натуропатическая рецептура лечения предменструального синдрома / В. А. Потапов // Здоровье женщины. – 2014. – № 6. – С. 137-142.

6. A comprehensive analysis on Symplocos racemosa Roxb.: Traditional uses, botany, phytochemistry and pharmacological activities / Acharya N, Acharya S, Shah U et al // J Ethnopharmacol. – 2016. – Vol. 181. – P. 236-251.

7. Absolute risk of endometrial carcinoma during 20year followup among women with endometrial hyperplasia / J. V. Lacey, M. E. Sherman, B. B. Rush et al. // J Clin Oncol. – 2010. – Vol. 28. – P. 788-792.

8. Abu Hashim H. Levonorgestrelreleasing intrauterine system vs oral progestins for nonatypical endometrial hyperplasia: a systematic review and metaanalysis of randomized trials/ Abu Hashim H, Ghayaty E, El Rakhawy M. // Am J Obstet Gynecol. – 2015. – Vol. 213. – Р. 469-478.

9. Adjuvant effect of Asparagus racemosus Willd. derived saponins in antibody production, allergic response and proinflammatory cytokine modulation / Tiwari N, Gupta VK, Pandey P, et al.// Biomed Pharmacother. – 2017. – Vol. 86. – Р. 555-561.

10. Anti-inflammatory activity of liposomes of Asparagus racemosus root extracts prepared by various methods / Plangsombat N, Rungsardthong K, Kongkaneramit L. et al.// Exp Ther Med. – 2016. – Vol. 12 (4). – Р. 2790-2796.

11. Antidiabetic and histopathological analysis of fenugreek extract on alloxan induced diabetic rats / Ramesh B. K., Raghavendra H. L., Kantikar S. M., et al. //International Journal of Drug Development and Research. – 2010. – Vol. 2 (2). – P. 356-364.

12. Comparison of the efficacy of three progestins in the treatment of simple endometrial hyperplasia without atypia / Ozdegirmenci O, Kayikcioglu F, Bozkurt U, et al //Gynecol Obstet Invest. – 2011. – Vol. 72. – P. 10-14.

13. Diosgenin, a steroid saponin of Trigonella foenum graecum (Fenugreek), inhibits azoxymethaneinduced aberrant cryptfoci formation in F344 rats and induces apoptosis in HT29 human colon cancer cells / Raju J., Patlolla M. R., Swamy M. V., et al. // Cancer Epidemiology Biomarkers and Prevention. – 2004 – Vol. 13 (8). – P. 1392-1398.

14. Durkar A. M. Hypolipidemic and antioxidant activity of ethanolic extract of Symplocos racemosa Roxb. in hyperlipidemic rats: an evidence of participation of oxidative stress in hyperlipidemia / Durkar AM, Patil RR, Naik SR. // Indian J Exp Biol. – 2014. – Vol. 52 (1). – Р. 36-45.

15. Flavonoids from Symplocos racemosa / Jung M, Choi J, Chae S et al // Molecules. – 2014. – Vol. 20 (1). – 358-365. Gallos I. D. Prediction of regression and relapse of endometrial hyperplasia with conservative therapy / Gallos ID, Ganesan R, Gupta JK. // Obstet Gynecol. – 2013. – Vol. 121. – Р. 1165-1171.

16. Goyal S. Investigating Therapeutic Potential of Trigonella foenum-graecum L. as Our Defense Mechanism against Several Human Diseases / S. Goyal, N. Gupta, S. Chatterjee // J Toxicol. – 2016. – Vol. 1. – P. 236-248.

17. Immunoaffinity knockout of saponin gly-cosides from Asparagus racemosus to assess anti-lipid peroxidation / Onlom C, Phrompittayarat W, Putalun W, et al // Phytochem Anal. – 2017. – Vol. 15. – P. 267-268.

18. In vitro studies on antiradical and antioxi-dant activity of (Trigonella foenum graecum) fenugreek seeds / Kaviarasan S., Naik G. H., Gangabhagirathi R. et al. //Food Chemistry. 2007. – Vol. 103. – P. 31-37.

19. Levonorgestrel-releasing intrauterine system (LNGIUS) as an effective treat-ment option for endometrial hyperplasia: a 15-year follow-up study / Scarselli G, Bargelli G, Taddei GL, et al. // Fertil Steril. – 2011. – Vol. 95. – Р. 420-422.

20. Management of Endometrial Hyperplasia / Green top Guideline RCOG BSOG Joint Guideline. – 2016. – Febr. – 30 p.

21. Nonoperative management of atypical endometrial hyperplasia and grade 1 endometrial cancer with the levonorgestrel intrauterine device in medically ill postmenopausal women / Baker WD, Pierce SR, Mills AM et al. // Gynecol Oncol. – 2017. – Vol. 18. – Р. 82-85.

22. Referring survivors of endometrial cancer and complex atypical hyperplasia to bariatric specialists: a prospective cohort study / Jernigan AM, Maurer KA, Cooper K, et al. //Am J Obstet Gynecol – 2015; Vol. 213 (350). – P. 1-10.

23. Relapse of endometrial hyperplasia after conservative treatment: a cohort study with long term follow-up / Gallos ID, Krishan P, Shehmar M, et al. // Hum Reprod. – 2013. – Vol. 28. – Р. 1231-1236.

24. Singh R. Asparagus racemosus: a review on its phytochemical and therapeutic potential / Singh R. // Nat Prod Res. – 2016. – Vol. 30 (17). – Р. 1896-1908.

Гіперпластичні процеси ендометрія. Можливості корекції натуропатичними препаратами

Н. А. Цубанова, О. В. Барська, Т. Д. Губченко

У статті наведено сучасні аспекти етіопатогенетичних факторів гіперпластичних процесів ендометрія. Проаналізовано сучасні дані щодо класифікації, діагностики та терапії гіперплазії ендометрія. Теоретично обґрунтовано можливість застосування в терапії гіперпластичних процесів ендометрія сучасних натуропатичних препаратів Нормоменс на основі екстрактів Vitex agnus castus, Zingiber officinale, Trigonella foenum graecum, Pyrus malus і Нормоцикл, що містить екстракти Symplocos racemosa, Asparagus racemosus, Glycyrrhiza glabra, Curcuma longa.

Ключові слова: гіперпластичні процеси ендометрія, Нормоменс, Нормоцикл.

Endometrium Hyperplastic Processes. Correction resources of naturopathic preparations

N. A. Tsubanova, A. V. Barskaya, T. D. Gubchenko

The article presents modern aspects of etiopathogenetic factors of endometrium hyperplastic processes. Modern data on the classification, diagnosis and therapy of endometrial hyperplasia was analyzed. The possibility of using modern naturopathic drugs Normomens on the basis of extracts of Vitex agnus castus, Zingiber officinale, Trigonella foenum graecum, Pyrus malus and Normocycle containing extracts of Symplocos racemosa, Asparagus racemosus, Glycyrrhiza glabra, Curcuma longa was theoretically substantiated in the therapy of endometrium hyperplastic processes.

Keywords: endometrium hyperplastic processes, Normomens, Normocycle.

Поделиться с друзьями: